Что происходило в тот момент в душе Марии, какие бури бушевали внутри, знала лишь она сама.
Дальше — только пропасть. Всё рушится: мечты, надежды, планы. Свадьба означала бы одно — конец их дружбе. Молодожёны, ослеплённые счастьем и заботами, быстро забудут о Марии. У них теперь будет своя семья, малыш, родня и хлопоты по дому. Праздники с родителями, семейные ужины — всё это вытеснит прежние весёлые встречи втроём. Беззаботная жизнь в привычной компании останется в прошлом. И можно попрощаться с заветной надеждой — однажды увести у Оксанки Романа, которого Мария тоже любила, хоть и старалась этого не признавать.
И тогда в её голове родился страшный замысел — плод обиды и душевной боли.
— А ты уже сказала Роману о том, что беременна? Нет? Ну и не спеши пока. Мужчине нужно время всё осмыслить. Такие новости не всегда воспринимаются спокойно… Ты же понимаешь: для любого это может стать шоком. Особенно если вы ещё не расписаны, — с видом знатока посоветовала подруге Мария.
Но на словах она не остановилась. Уже тем же вечером она нашла повод встретиться с Романом под каким-то ничтожным предлогом. И на той встрече приложила все усилия: наговорила столько грязи про Оксанку, что сама удивилась собственной изобретательности.
Самая близкая подруга обвинила Оксанку в измене Роману. Она даже показала ему фальшивые снимки на телефоне — их специально для неё сделал младший брат, хорошо разбирающийся в современных технологиях искусственного интеллекта.
— Я просто не могу молчать, Роман… Мы столько лет дружим… Мне небезразлично! Я не хочу смотреть со стороны на то, как ты воспитываешь чужого ребёнка и живёшь в иллюзии того, что он твой… — произнесла Мария с выражением горечи на лице.
Ревность полностью затмила разум Романа и лишила его способности трезво мыслить. Он поверил лжи. Принял выдумку за правду. А когда на следующий день Оксанка решила поделиться с ним своей радостью — услышала лишь грубость в ответ.
— Делай что хочешь с этим ребёнком… Мы расстаёмся! — бросил он ей напоследок и ушёл прочь.
Оксанка тогда выстояла лишь потому, что внутри неё уже билось другое сердце…
