Но каково же было её изумление, когда на следующий день, вернувшись с работы, Ирина застала Тараса за мытьём посуды на кухне.
— Так, не поняла! А где наша куколка? Она что, снова целый день без дела провалялась? Ну да, вижу — бардак кругом. Не квартира, а свинарник, — оглядываясь по сторонам и раздражённо качая головой, произнесла Ирина. — Ярослав, Анастасия! Быстро сюда!
Сын с женой нехотя выбрели из своей комнаты. При этом Анастасия выглядела так, будто уже собиралась ко сну: на ней была полупрозрачная короткая майка и крошечные шорты, больше напоминающие нижнее бельё.
Ирина сразу заметила заинтересованный взгляд Тараса в сторону невестки — в нём читалось не только удивление. Впрочем, Анастасия почти всегда щеголяла в подобном виде, словно забывала переодеться.
Это особенно раздражало Ирину. Ведь Тарас был мужчиной в возрасте — сорок пять лет — и появляться перед ним в таком виде могло означать либо полное отсутствие стыда, либо намеренное желание вызвать у свёкра недвусмысленные мысли.
— Я не пойму: почему опять такой бардак? Анастасия, скажи мне честно — тебе трудно было за собой посуду помыть?
— Ой да ладно вам! Что такого-то? Просто не успела ещё. Хотела позже заняться этим делом, — буркнула невестка с явным вызовом и презрением во взгляде. От этого Ирине стало неприятно.
Всё её поведение как бы говорило: «Ты можешь кричать сколько угодно — ничего у тебя не выйдет». Мол, Ярослав меня любит и всё останется по-прежнему. При этом девушка демонстративно прижалась к мужу ещё крепче — словно подчёркивая силу своего влияния.
— Тарас, собирайся. Уходим отсюда немедленно, — холодно бросила Ирина. — Пусть эти нахалы сами себе готовят и едят что хотят. И пусть сами расхлёбывают этот беспорядок.
Тем вечером супруги отправились ужинать в ресторан. Вернувшись домой поздно ночью, Ирина обнаружила на кухне пустые коробки от пиццы. Всё стало ясно: выкрутились как смогли.
Отпуск приближался. В этом году привычной поездки к морю не предвиделось — все накопленные средства ушли на свадьбу сына.
«Ничего страшного», — успокаивала себя Ирина мысленно. «У нас ведь отличная дача: уютная и благоустроенная. Там тишина и покой… никакой суеты… Да и от домашних забот можно немного передохнуть».
Однако уже на третий день пребывания за городом у Тараса поднялась температура и заболело горло. Лекарств они с собой не взяли: болели редко и потому просто забыли об этом.
— Ирочка… я съезжу в город за лекарствами… там немного отлежусь… а утром вернусь обратно… — предложил Тарас хриплым голосом.
— Конечно езжай! Может быть даже стоит врачу показаться? Но ты сам решай там уже… взрослый человек ведь ты у меня… — легко согласилась она.
— Ты точно остаёшься здесь? — переспросил он на всякий случай.
— Да уж точно! Видеть эту наглую нашу сношеньку совсем нет желания… Устала я от них всех… Сынок тоже неблагодарный стал… Но ты ведь завтра приедешь обратно?
Однако утром следующего дня Тарас так и не появился. Это показалось странным: по голосу он звучал бодро по телефону и уверял жену, что чувствует себя нормально…
